Ирина Кабанова (Irina Kabanova) (66sean99) wrote,
Ирина Кабанова (Irina Kabanova)
66sean99

Category:

ВЕЧНАЯ ТАЙНА «ЛЕТУЧЕГО ГОЛЛАНДЦА». Часть 7.

ИНФРАЗВУК-УБИЙЦА И ТЕЛЕПАТИЯ В «ПЕТЛЕ ВРЕМЕНИ».
Из книги «Призрак на палубе», Владимир Шигин (Влад Виленов).


Ещё одна гипотеза, объясняющая появление в океанах многочисленных «летучих голландцев», это инфразвук. В 1890 году из Новой Зеландии в Англию отплыло парусное судно «Марлборо», гружённое мороженой бараниной и шерстью. В порт назначения оно не прибыло. Парусник был списан как погибший. Прошло 23 года, и вдруг «Марлборо» обнаружили у берегов Огненной Земли. Корабль шёл под всеми парусами. Капитан встречного судна составил подробный отчёт о том, что увидел: все члены команды «Марлборо» находились на своих местах: один лежал у штурвала, трое — на палубе у люка, десять вахтенных — у своих постов, шестеро — внизу. На скелетах ещё сохранились лохмотья одежды. Что произошло с командой парусника, осталось неизвестным.

С 1950 по 1954 год к юго-западу от Японии в так называемом море Дьявола исчезло девять судов, что неправдоподобно много для такого относительно небольшого района. И это были не крошечные рыболовные судёнышки, а крупные грузовые суда, оборудованные по последнему слову техники надёжными двигателями и радиостанциями; и все они исчезли, когда стояла прекрасная погода. Только одно из судов успело послать сигнал бедствия.

В морях встречаются блуждающие корабли с мёртвыми моряками на борту или по неведомой причине покинутые всей командой. Можно и дальше приводить не один десяток морских трагедий, расследованных в своё время со всей возможной тщательностью. Но вопрос, что же там могло произойти, остаётся без ответа. Эта морская тайна не даёт покоя историкам морских плаваний.

Чего только не предполагалось тогда, чтобы объяснить загадку. Тут и гигантские кальмары, напавшие на корабль, и неведомая, таинственная эпидемия, занесённая на судно кем-то из матросов… Что мы знаем об инфразвуке? То, что инфразвук — это не слышимые человеческим ухом упругие волны низкой частоты (менее 16 Гц). При штормах и сильных ветрах над поверхностью моря в воздухе возникают поперечные и продольные колебания. При скорости ветра в 20 м/сек мощность «голоса моря» достигает 3 Вт с каждого метра водной поверхности. Сравнительно небольшой шторм генерирует инфразвук мощностью в десятки киловатт в диапазоне 6 Гц, результатом воздействия которого на организм могут стать временная слепота, ощущение тревоги, не редки и приступы безумия. При таких приступах люди выбрасываются за борт или превращаются в убийц, после чего и сами кончают счёты с жизнью. Если частота излучения составляет 7 Гц, смерть экипажа наступает почти мгновенно, так как сердце не в силах выдержать такую нагрузку…

Человеческое ухо устроено так, что воспринимает звуки с частотой от 20 до 18–20 тысяч колебаний в секунду. Писк комара близок к верхней границе, рокот морских волн — к нижней. А что за пределами? Неслышимые звуки. Ультразвук (частота колебаний превышает 20 тысяч в секунду) уже хорошо изучен и широко используется в науке и технике, а инфразвук (менее 20 колебаний в секунду) остаётся во многом ещё загадкой.

Но что происходит на пороге тишины? Говорят, что неожиданно для себя с инфразвуком столкнулись в одном из лондонских театров. Там готовилась к постановке новая пьеса. Одна из сцен переносила зрителей в далёкое прошлое. Известный американский физик Роберт Вуд предложил постановщику спектакля использовать очень низкие, рокочущие звуки: они создадут в зрительном зале обстановку ожидания чего-то необычного, пугающего.




Для получения «тревожного» звука Вуд сконструировал специальную трубу, которая была присоединена к органу. И первая же репетиция испугала всех. Труба не издавала слышимых звуков, но, когда органист нажимал на клавишу, в театре происходило необъяснимое: дребезжали оконные стёкла, звенели хрустальные подвески канделябров. Хуже того, все, кто присутствовал в этот момент на сцене и в зрительном зале, почувствовали беспричинный страх! Люди, живущие по соседству с театром, позднее подтвердили, что они испытали в те минуты то же самое.

Среди жителей многих прибрежных районов бытуют рассказы о людях, которые безошибочно предсказывают приближение шторма. Море ещё спокойно, а старый рыбак, выйдя на берег, говорит о надвигающейся буре. Видимо, такие люди слышат «голос моря», мощные инфразвуковые колебания воздуха, принесённые издалека, воспринимаются ими как болевые ощущения в ушах.

Звуками, рождающимися у порога тишины, заинтересовались многие исследователи. У профессора Гавро, работающего во Франции в 50–60-х годах XX века, близкое знакомство с инфразвуками началось случайно. В какой-то момент в одной из лабораторий стало невозможно работать. Люди чувствовали там себя больными: кружилась голова, наваливалась усталость, ухудшалось мышление.

Прошёл не один день, прежде чем Гавро с коллегами сообразил, в чём следует искать причину недомоганий. Как оказалось, инфразвуковые колебания большой мощности создавала вентиляционная система завода, который был построен вблизи лаборатории. Частота этих волн была около 7 Гц (т.е. 7 колебаний в секунду), и это представляло опасность для человека. Инфразвук действует не только на уши, но и на весь организм. Начинают колебаться внутренние органы: желудок, сердце, лёгкие и т.д. При этом неизбежны их повреждения. Инфразвук даже не очень большой силы способен нарушать работу нашего мозга, вызывать обмороки и привести к временной слепоте. А мощные звуки более 7 герц останавливают сердце или же разрывают кровеносные сосуды.

Биологи, изучавшие на себе, как действует на психику инфразвук большой интенсивности, установили, что иногда при этом рождается чувство беспричинного страха, другие частоты инфразвуковых колебаний вызывают состояние усталости, чувство тоски или морскую болезнь с головокружением и рвотой.

По мнению профессора Гавро, биологическое действие инфразвука проявляется тогда, когда частота волны совладает с ритмом работы головного мозга. Работы этого исследователя и его сотрудников раскрыли некоторые особенности инфразвука. Надо сказать, что все исследования с такими звуками далеко не безопасны. Гавро впоследствии вспоминал, как ему пришлось прекратить опыты с одним из генераторов инфразвука. Участникам эксперимента стало настолько плохо, что даже спустя несколько часов обычный низкий звук воспринимался весьма болезненно. Был и такой случай, когда у всех, кто находился в лаборатории, задрожали предметы, находящиеся в карманах: ручки, записные книжки, ключи. Так показал свою силу инфразвук с частотой 16 Гц. В настоящее время исследования с инфразвуком идут во многих странах, но все они строжайше засекречены, так как инфразвук отнесён к одному из самых совершенных видов оружия. Безусловно, сегодня учёные знают об инфразвуке куда больше, чем во времена Гавро, но есть ли от этого реальная польза для человечества?

Вернёмся к нашим примерам: судну «Марлборо», пароходу «Пиккубен» и исчезновению девяти судов в море Дьявола. А не причастны ли к этим странным событиям инфразвуки? Мы уже знаем, что мощный инфразвук частотой 7 Гц смертелен. Между тем инфразвуковые волны, возникающие при штормовой погоде, по своей частоте близки именно к этой. Когда такая волна накрывает судно, она за секунды убивает всех. При этом тщательное расследование не обнаружит ни отравления, ни заразной болезни. Невидимый убийца парализует работу сердца.

Мощные инфразвуковые излучения с частотой, несколько отличной от 7 Гц способны вызывать приступы безумия. Об этом говорят следующие факты. Установлено, например, что, когда на море зарождается и набирает силу шторм, на берегу растёт число дорожных происшествий.

«Рука» инфразвука-убийцы видна в истории с гибелью пяти американских самолётов в декабре 1945 года. Лётчики несли патрульную службу в северных районах Атлантического океана. Неожиданно наземная база приняла странную телеграмму: «С нами несчастье! Мы не видим землю». Радисты на базе слышали, как пилоты всех пяти машин говорили об одном и том же: они вдруг потеряли зрение, их глаза не видели даже солнца, хотя день был самый благоприятный для полётов. Затем связь прервалась. Ни один самолёт не вернулся на свою базу.

Молодые, здоровые люди внезапно ослепли. Невидимый убийца и здесь приложил свою руку.

Может быть много причин, по которым команда оставляет корабль и он потом безлюдным носится по волнам океана. Инфразвук излучается морскими волнами. Академик В.В. Шулейкин исследовал его ещё в 1930-е годы, используя в качестве усилителя резонатор в виде резинового шара, заполненного водородом. Этот звук был назван им голосом моря.

В те же 30-е в Северном Ледовитом океане на судне «Таймыр» работала советская научная экспедиция. Учёных интересовали верхние слои атмосферы. И вот однажды при запуске шара-зонда исследователи обратили внимание на странное явление: стоило шар приблизить к уху, как человек чувствовал сильную боль. Этим заинтересовались учёные. Опыты, проведённые на Черноморском побережье, показали, что неизвестное явление связано с морем. Болевые ощущения вызывали инфразвуки, которые возникают над морскими просторами при штормах и сильных ветрах. Разгулявшийся ветер и сильное волнение моря становятся источником мощных инфразвуковых колебаний воздуха. Даже сравнительно небольшой шторм порождает инфразвуки мощностью 90 киловатт. Они распространяются на сотни и тысячи километров вокруг. Улетая вдаль, неслышные звуки как бы предупреждают всех о надвигающейся буре. И такое предупреждение хорошо улавливают многие обитатели моря. Медузы, ещё до того как приходит первая штормовая волна, уплывают от берега: о скором шторме их оповестил голос моря, который они хорошо слышат.

Внутренние волны в океане… Если вы видите совершенно гладкую, спокойную поверхность воды, это совсем не значит, что во внутренних слоях всё спокойно. Там могут «бушевать» настоящие штормы из внутренних волн. Кавычки здесь поставлены потому, что эти волны очень медленные, их периоды составляют десятки минут и часы, но амплитуды могут достигать сотен метров — всё это мы не видим, как не видим и грозного убийцу, притаившегося недалеко от нас.

Недавно появилась ещё одна версия, объясняющая появление «летучего голландца». Автор её — некий французский журналист Кассе или те люди, кто скрывается за этим псевдонимом. Суть этой весьма оригинальной версии такова. Оказывается, иерархи католической церкви задолго до плавания Колумба прекрасно знали о существовании Америки, имели там свои определённые интересы. Когда европейские моряки начали в массовом порядке выходить в Атлантический океан, римская церковь заволновалась за свою тайную американскую вотчину и выдумала историю о «летучем голландце», которая буквально вбивалась в головы не слишком-то образованных моряков. Более того, силами римских понтификов якобы была создана вполне реальная флотилия «летучих голландцев», базировавшаяся на Бермудских островах. Эти корабли и загоняли появившихся в заповедных водах смельчаков на рифы, используя маскировку под ветхость и гримируя свои команды под зловещих мертвецов. В большинстве же случаев «голландцы» поступали значительно проще — они просто-напросто нападали на встречные суда и вырезали их команды, не оставляя свидетелей.

Когда же сдерживать натиск прогресса стало невозможно, Рим, по существу, сам возглавил экспедицию Колумба и «открыл» Америку. После чего им сразу была изменена концепция использования секретной флотилии убийц. Отныне она уже охраняла американские воды, переданные папой под юрисдикцию католической Испании. Теперь жертвами «летучих убийц» стали исключительно моряки государств с протестантским вероисповеданием (Англия, Голландия, Норвегия, Дания).

Данная версия имеет немало слабых мест. Если «голландцы» сторожили Америку, то почему одним из излюбленных мест появления классического «летучего голландца» являются районы мыса Доброй Надежды и мыса Горн? Имеется немало свидетельств о встречах с кораблём-призраком как в Тихом, так и в Индийском океане. Впрочем, каждый может иметь на «летучего голландца» свою точку зрения и её отстаивать.




КОГДА ТАЙНОЕ СТАНОВИТСЯ ЯВНЫМ.
Весьма нечасто, ко иногда людям всё же удаётся раскрыть тайны отдельных «летучих голландцев», и тогда оказывается, что всё случившееся с этими таинственными кораблями вполне объяснимо.

В разгаре была Первая мировая война, когда в один из весенних дней 1915 года жители деревушки на восточном побережье Англии увидели недалеко от берега подводную лодку с чёрным крестом на борту.

Жители были перепуганы, опасались, что немцы собираются обстрелять деревню. Но почему тогда никого нет на ходовом мостике?

Между тем лодка медленно приближалась к берегу. Никто не сомневался, что с неё хотят высадить десант, и в ближайший порт было послано известие о появлении вражеской подлодки. Пока англичане готовились к захвату субмарины, прибой выбросил её на берег. Но и после этого никто из подводников не вышел наверх, ни одного звука не донеслось из корпуса.

Прибывшие специалисты адмиралтейства попробовали открыть люки, но ничего не вышло — все они оказались задраенными изнутри. По номеру на рубке англичане быстро установили, что странная субмарина — германская подводная лодка U-31. Запросили военно-морскую разведку. Оттуда подтвердили, что по имеющейся информации U-31 вышла в море в январе 1915 года и в базу не вернулась. В германском флоте её считают пропавшей без вести.

Как только, в корпусе прорезали первое отверстие, раздался громкий хлопок выброшенного повышенным давлением избытка воздуха. В центральном посту, жилых отсеках и отдельных каютах лодки обнаружили погибших подводников.

Но кто же тогда поднял лодку на поверхность, если на борту не оказалось ни одного живого? И потом, почему лодка не всплыла раньше, в январе? Разобраться в причинах трагедии поручили специально созданной комиссии. Она тщательно изучила вахтенный журнал корабля, графики смен, положения тел погибших подводников, даже грунт на корпусе, но объяснения случившегося не было. Сразу поползли разговоры о призраках и нечистой силе, неком проклятье, погубившем немецких подводников. Между тем обследование лодки продолжалось, и вскоре специалисты обнаружили, что все кислородные баллоны на U-31 пусты, при этом их вентили были открыты. Так стала понятна причина гибели экипажа U-31.

Причиной смерти моряков оказался вечный спаситель подводников — кислород. Произошло это, по мнению комиссии, примерно так. U-31 получила задание патрулировать квадрат у восточного побережья Англии. Подводная блокада Британских островов ещё не началась, но предстоящие районы боевых действий немецкие подводники уже изучали. U-31 несколько дней дежурила на позиции. Затем командир решил дать усталому экипажу отдохнуть. Лодка легла на грунт, все завалились спать, только в центральном посту остались бодрствовать вахтенный офицер и матрос. Тогда и произошла трагедия. Дело в том, что систем регенерации воздуха в то время не существовало, и воздушная атмосфера в герметичных отсеках поддерживалась периодическим нагнетанием кислорода из баллонов высокого давления. Кто-то из вахтенных в очередной раз открыл вентили и забыл закрыть их. Вахтенные, видимо, тоже задремали и не заметили показаний манометров. Кислород закончился, затем наступило кислородное голодание и все умерли от недостатка кислорода, так и не проснувшись. Несколько недель U-31 с мёртвым экипажем на борту лежала на грунте. Сжатый воздух, видимо, просачивался в цистерны главного балласта, то есть они медленно продувались. А затем в полном соответствии с законами физики пропавшая без вести U-31 всплыла. Дальнейшее известно. Разумеется, если бы не было проведено тщательного обследования германской субмарины, она бы пополнила список самых невероятных океанских тайн.

В октябре 1968 года английская газета «Таймс» объявила о начале лодочных гонок вокруг света, которые она спонсировала. В океанской регате решил принять участие и известный яхтсмен Дональд Кроухерс, увидевший в этом шанс поправить дела своей обанкротившейся фирмы с помощью рекламы и призовых денег. С этими замыслами владелец фабрики, производящей корабельную электронику, построил яхту «Тейнмут электрон» и сделал заявку на участие в гонке. А затем Кроухерс пропал. Об исчезновении известного яхтсмена ходило множество самых невероятных слухов, вплоть до его похищения инопланетянами. Однако 11 июля 1968 года его яхта была обнаружена в Центральной Атлантике. К удивлению высадившихся на яхту, она была в полном порядке. На борту были запасы продовольствия и воды, работала радиосвязь. Самого же Кроухерса на борту не было. Это породило новую волну слухов. Однако всё выяснилось, когда на борту яхты был обнаружен вахтенный журнал и дневник Кроухерса. Только тогда всё сразу стало ясно. Как оказалось, через две недели после старта Кроухерс вместо продолжения соревнования решил укрыться в Южной Атлантике и подправить свой вахтенный журнал, а в заключительном этапе гонки просто выскочить из укрытия и первым достичь финиша. Однако осуществить это не слишком честное предприятие помешали обстоятельства. Вскоре Кроухерс узнал по радиосвязи, что 21 мая 1969 года судно его единственного соперника затонуло у Азорских островов.

Это известие почти лишило яхтсмена разума. От страха, что в результате шума и славы, которые ему обеспечит победа на гонках, обман вскроется, Кроухерс потерял разум: по крайней мере, об этом свидетельствовали его записи в вахтенном журнале, становившиеся всё более путаными и несвязными, и его радиограммы. А затем он сам вынес себе приговор, предпочтя шагнуть в воду, чем принять ответственность за свой грех «сокрытия», как он назвал свой обман в вахтенном журнале.

3 октября 1955 года 70-тонное судно «Джоита» покинуло порт Апиа в Западном Самоа и взяло курс на острова Токелау, находящееся в 430 километрах к северу. Через 37 дней судно было найдено в 724 километрах к западу от Самоа, на борту не было ни капитана, ни команды, ни пассажиров. Исчез также весь провиант, вахтенный журнал и все инструменты. На палубе были найдены только скальпель, стетоскоп и окровавленные бинты, а капитанский мостик был завешен брезентовым полотном. По одной версии, «Джоита» была протаранена японским рыболовным судном, после чего японские моряки разграбили её и вырезали всю команду. Другая версия утверждала, что команда и пассажиры были похищены инопланетянами. Но наиболее вероятное объяснение — то, что между капитаном и одним из матросов произошла ссора. Матрос упал за борт, а раненому капитану оказал медицинскую помощь врач из пассажиров. Приближался шторм, судно было неуправляемым, и команда с пассажирами погрузилась в спасательные шлюпки, завесив брезентом капитанский мостик, где был оставлен капитан, отказавшийся покинуть судно. «Джоита» была потом обнаружена рыбаками, которые разграбили её и выбросили за борт мёртвого или умирающего капитана. Но дело ещё и в том, что у капитана «Джоиты» не было лицензии на перевозку пассажиров, и неизвестно, имелись ли на её борту спасательные средства. К тому же это не слишком манёвренное судно имело на борту больше 18 кубометров пробки, что делало его непотопляемым. Зачем тогда нужно было покидать «Джоиту»?

Порой до конца раскрыть тайны происшествий на судах не удаётся, хотя косвенные улики всё же говорят о том, что возможные причины трагедий были вполне заурядны.




«ЛЕТУЧИЙ ГОЛЛАНДЕЦ» РУССКОГО ФЛОТА.
Увы, история о корабле-призраке с мёртвой командой не обошла стороной и российский флот. К сожалению, это была вовсе не легенда, а страшная реальность…

Случилось это в 1818 году. На исходе октября, заканчивая морскую кампанию, 18-пушечный бриг «Фальк» отправился из Кронштадта в Свеаборг, чтобы остаться там на предстоящую зиму. Переход самый обыденный и ничем не примечательный. Мало ли плавали и до, и после «Фалька» наши корабли по Финскому заливу?

Командовал бригом лейтенант Семён Щёчкин. Помимо командира на бриге находились мичманы Димитрий Жохов и братья Александр и Василий Абрютины, штурман Калашников, 35 матросов и одна пассажирка с сыном-подростком.

Осень 1818 года вообще выдалась на Балтике на редкость ненастной. От штормов за считанные недели погибло сразу несколько крупных судов: английский купеческий корабль «Индастри», любекское торговое судно «Гофнунг» и российское судно «Магдалина», которое было выброшено на берег прямо у Кронштадта. Количество повреждённых, потерявших мачты и якоря судов исчислялось же в несколько десятков.

В пути «Фальк» был задержан сильным штормовым ветром. А тут и ещё одна беда. У Стирсудена при отдаче якоря одной из лап пробило борт. Так как пробоина оказалась на уровне воды, вскоре началась сильная течь. Щёчкин принял вполне разумное решение — как можно быстрее выбросить бриг на пологую отмель, чтобы затем, исправив повреждения и удалив воду, можно было без особых усилий бриг с этой отмели снять. Ближайшая подходящая отмель имелась у Толбухина маяка. Туда и направился терпящий бедствие бриг. Однако из-за пребывавшей в трюм воды судно глубоко осело в воду и не смогло подойти близко к берегу. Вечером 20 октября бриг уткнулся в отмель саженях в 100 от береговой черты. При этом вода доходила до самой верхней палубы. Штормовые валы перехлёстывали через неё. Относительно безопасными оставались лишь шканцы и ют. Из опасения быть снесёнными ветром лейтенант Щёчкин распорядился срубить мачты. После этого вся команда собралась на юте, то и дело обдаваемая бушующими волнами. К этому времени ударил ещё и сильный мороз. С брига выстрелили несколько раз, привлекая к себе внимание находящихся на берегу. Однако в тот вечер из-за сильного шторма помощь оттуда так и не пришла.


Маяк Толбухин.

Над искусственным островом близ Кронштадта возвышается один из самых старых маяков России — маяк Толбухин. Его история началась с эскиза, созданного самим Петром I. К неказистому рисунку император приложил записку: «Прочее даётся на волю архитектору».



Из свидетельств очевидца: «22-го числа по утешении немного сей бури и по прочищении пасмурности с Толбухина маяка, отстоящего от Кронштадта вёрст на 14, сделан был телеграфом сигнал, что к западу от него военное судно терпит бедствие. Вследствие сего сигнала приказано было от военного губернатора и главного в Кронштадте командира вице-адмирала фон Моллера отправить с дальней брандвахты гребное судно с офицером, чтоб разведать, где стоит это судно, и для подания ему помощи».

О том, что произошло на терпящем бедствие бриге в течение штормовой ночи на 21 октября, оставил свои воспоминания один из лейтенантов флота, не пожелавший раскрыть свою фамилию и обозначивший себя «Н.А. Б-в». Позднее было выяснено, что это был известный впоследствии историк флота и декабрист Николай Александрович Бестужев, Именно он одним из первых утром 21 октября, несмотря на продолжавшийся шторм, поспешил к стоящему на отмели «Фальку».

Чтобы точней передать картину увиденного, приведём ниже описание Н.А. Бестужева: «Подъезжаю ближе. Мне казалось, что люди, в оном (бриге) находящиеся, протягивали руки и просили о скорейшей помощи, и потому я поспешил перегрести расстояние ста сажен или немного более от маяка до судна, удивляясь, однако, каким образом маяк, дав знать сигналом о судне, сам не подаёт доселе помощи, видя людей сих в таком положении. Но какой ужас объял меня, когда, приближаясь к судну, увидел я множество людей замёрзших и обледенелых в разных положениях: одни лежали свернувшись, другие в кучках, третьи держались за борты, как бы прося о спасении. Первый, поразивший меня, был лейтенант Щёчкин, товарищ и приятель мой с самого малолетства, коего узнал я в ту же минуту, распростёртый навзничь с обмёрзлыми волосами и одеждой. За руку его держал денщик и, казалось, желал согреть оную своими руками. Прочие люди лежали кучами, как бы в намерении согреть друг друга взаимною теплотою. Под одною кучею лежащих людей признал я молодого офицера Абрютина, коего, вероятно, матросы хотели согреть собою. Унтер-офицер подобным же образом был обложен. Другой офицер, облокотясь на борт, казался спящим. Все вообще имели вид спящих или умоляющих небо в своём спасении. Одна мертвенная оцепенелость удостоверяла меня, что люди сии уже умерли, и я едва мог опомниться от нового мне чувства — большего, нежели страх и сильнейшая жалость. Скрепив, однако, сердце, я думал было осматривать, нет ли ещё живых людей, как приехала с маяка лодка, с коей меня известили, что старания мои будут бесполезны и что двое из сих несчастных, в живых найденные, сняты давно уже с судна. Осмотрев, однако, хорошенько и не найдя ничего, я вышел на маяк, дабы разведать о сём приключении, и нашёл там двоих спасённых: комиссара Богданова и унтер-офицера Изотова, столь слабых, что едва были в состоянии отвечать на мои вопросы. Они объявили следующее: никакого знака не можно было подать на маяк; пушки и порох были в воде; огня достать было невозможно; крик не помогал им, тщетны были все усилия, чтоб их услышали на маяке: рёв волн, разбиваемых о каменья, маяк окружающие, и свист ветра в снасти телеграфа, при маяке стоящего, препятствовали им быть услышанными. Темнота осенней ночи, увеличиваемая снегом и светом самого маяка, препятствовали часовым с оного видеть на несколько саженей вдаль. Таким образом, несчастные страдальцы принуждены были из боязни волн держаться друг за друга, оставаясь так без всякого движения, могшего их сколько-нибудь разогреть и избавить от холодной смерти. С девяти часов вечера до самого рассвета оставались они в сём положении. Холод увеличился до пяти градусов. Многие из них уже замёрзли, многие снесены были волнами. Остальные едва дышали, оцепенев от холода. В исходе седьмого часа, лишь только можно было различить предметы, с маяка усмотрели несчастных и поспешили отправить небольшую лодку с семью человеками. Другого судна не можно было послать по чрезвычайности волнения, о камни разбивающегося. Но лодка опрокинулась на каменьях, и семь человек вброд едва спаслись сами. Однако, поймав лодку и исправив оную, по возможности пустились опять. Часа два или более прошло дотоле, пока лодка могла добраться до судна, так что, подъехав туда, нашли уже только двоих живыми и то без всякого движения, с едва заметными знаками жизни. Прочие поодиночке умирали, прежде нежели могли дождаться спасения. Искав долго между мёртвыми и не находя ни одного человека в живых, люди сии с великой радостью возвратились на маяк, где, подав возможную помощь двум несчастным, к исходу только дня привели их в состояние рассказать все обстоятельства сего пагубного случая».

Из показаний оставшихся в живых комиссара Богданова и унтер-офицера Изотова:

«Военный бриг „Фальк“, нагруженный мукой, отправился 25 сентября из Кронштадта в Свеаборг под управлением лейтенанта Щёчкина 1-го… Вышел из Кронштадта с благополучным ветром, вскоре получили противный. Дувшие беспрерывно западные ветры заставляли бриг несколько раз спускаться в разные места и останавливаться там на якоре. Дважды он стоял за Готландом, дважды в Биорке, раз за Сескаром и раз за мысом Стирсуденом. Лейтенант Щёчкин, желая по назначению скорее попасть в Свеаборг и выполнить во всей мере долг свой, рассчитывал, что с первым, хотя немного благоприятным ветром он гораздо легче может сняться с якоря от Стирсудена, нежели из Кронштадта, из коего не при всяком ветре удобно выходить. В сём положении он стоял около шести или семи дней.

20-го числа началась буря; в 7 часов пополудни порыв северо-западного ветра, дувшего со снегом и морозом, был столь велик, что судно, стоявшее на одном якоре, потащило. Мичман Жохов, бывший на вахте, видя, что при достаточном количестве выпускаемого каната судно не перестаёт тащить, хотел бросить другой якорь на помощь первому, и для этого якорь сей, обыкновенно привязываемый горизонтально вдоль судового борта, был отвязан и оставлен вертикально в висячем положении, подвешенным к кран-балке.

Лейтенант Щёчкин, уведомленный о сём в ту же минуту, вышел наверх, отменил было кидать другой якорь, но, узнав, что якорь висит уже на кран-балке, и зная опасность сего положения при качке, тотчас велел его бросить.

Не напрасно было опасение Щёчкина, вследствие коего он велел отдать якорь: обледенелая верёвка, на коей он висел, не могла вскорости быть развязана, надлежало её рубить, и в это время якорь, раскачиваемый жестоким волнением, ударяя беспрестанно одним из своих рогов в судно, пробил обшивку и вода хлынула в большом количестве по всему трюму.

Спустить якорь на кран-балку, обрубить мёрзлую верёвку было делом одной минуты. Шкиперский помощник первый увидел течь и известил об этом начальника. Все меры против оной оказались тщетными; наконец, после многих бесполезных усилий, решено было, отрубив якорь, спускаться прямо на Толбухинский маяк, видимый от Стирсудена, и стать там на мель, чтобы, по крайней мере, можно было поблизости к берегу спасти людей. Отрубили канаты, распустили паруса, пошли. Течь начала усиливаться.

Отчаяние овладело всеми. Увещевания начальника не действовали: близкая смерть и неизвестность, в состоянии ли будет судно дойти, не затонув, до маяка, сделала всех глухими к приказаниям. Начали прощаться между собою; все побежали переменять на себе бельё по старинному русскому обычаю. Наконец вода в судне так распространилась, что переменявшие внизу бельё — иные, не успев выскочить, остались там, другие выбежали в одних рубахах, и судно, не дошедши саженей сто до маяка, село на дно, так, однако, что вода не покрывала верха судна.

Со всем тем волнение столь было жестоко, что бриг начало сносить с мели. Щёчкин, опасаясь, чтоб судно не потонуло на глубине, велел бросить остальной якорь и верп (малый якорь), чтобы удержаться ими на мелком месте; велел срубить мачты, на коих незакреплённые паруса более и более сдвигали судно с места. Повторяемые удары о каменья отбили руль, киль, и наконец нижняя часть судна начала разбиваться в щепы. Бочки и прочие вещи выносило из люков или выходов наверх, судно погрузилось совсем, одна только задняя часть оставалась сверх воды. Баркас, стоявший на палубе, был мгновенно оторван стремившимися уже через верх волнами и оными, поднимаясь, перебил многих людей, собравшихся на корме».

Оставшиеся же в живых были обречены на мучительную и долгую смерть от замерзания. Комиссар Богданов обязан был своим спасением двум шубам, а унтер-офицер Изотов был накрыт тремя матросами. «Какой пример любви к начальству в людях наших!» — так отозвался об этом поступке матросов адмирал В.М. Головнин.

Все погибшие с судна были сняты. В числе команды недоставало девяти матросов и одного офицера. Часть из них остались внизу, в том числе и пассажирка с сыном, ещё несколько человек смыло волнами.

У тридцатилетнего Щёчкина в Свеаборге осталась молодая жена. Двое Абрютиных, старший восемнадцати, а младший семнадцати лет, бывшие на «Фальке», являлись родными братьями жены командира. Отец их служил плац-майором в Свеаборге. «Удар слишком жестокий для отца и матери в один раз потерять двух сыновей и зятя!» — восклицал об этой семейной трагедии один из современников.

Разбитый волнами бриг «Фальк» в строй больше не вводился. Останки его позднее разобрали на дрова. Никогда более в российском флоте не было другого корабля с этим именем. В истории же нашего флота бриг, на котором произошла столь жуткая трагедия, ещё долго назывался не иначе как корабль мёртвых.

Погибшие с «Фалька» были похоронены на одном из кронштадтских кладбищ. Ныне не осталось ни могил, ни самих этих кладбищ.

Известный российский мореплаватель адмирал В.М. Головнин так отозвался на гибель брига и почти всей его команды: «Страшна и жестока должна быть участь странника, погибающего среди снегов отдалённой пустыни, где нет никакого для него убежища, ниже селений, откуда мог бы он надеяться получить помощь; но стократно ужаснее и мучительнее гибель несчастного, который замерзает, так сказать, на пороге собственного дома и для спасения которого стоило бы отворить двери, если б домашние его, покоящиеся в сладком сне, знали о месте его пребывания. Подобную сей горькую чашу суждено было испить злосчастному экипажу брига „Фальк“, разбившегося при самом входе в главный наш порт Кронштадт».

Быть может, в истории с бригом «Фальк» нет той жгучей тайны, которая окружает классический Летучий Голландец, но от этого его трагедия не стала менее страшной…

Вот уже почти полтысячелетия он не знает покоя ни днём, ни ночью. Вот уже почти полтысячелетия его непрерывно носит по всем морям и океанам страшная и неведомая сила. Ночью на его мачтах всегда дрожат огни святого Эльма, а днём солнце выжигает рассохшуюся палубу. В многочисленных пробоинах плещется вода, но это не мешает ему, как и прежде, уверенно держаться на волне. Его паруса всегда полны попутным ветром, и даже в полный штиль он уверенно мчится вперёд. Это великий и ужасный Летучий Голландец — вечный скиталец морей, корабль-призрак. Его воспевают и проклинают, им восхищаются и боятся, а кроме того, вот уж пять веков пытаются раскрыть его тайну. Увы, узнать тайну Летучего Голландца, скорее всего, так же невозможно, как невозможно узнать тайны океана. А потому, пока будет существовать человечество и покуда люди будут ходить в моря, великая и загадочная легенда о «Летучем Голландце» не будет забыта.


ВЕЧНАЯ ТАЙНА «ЛЕТУЧЕГО ГОЛЛАНДЦА». Часть 1.
ВЕЧНАЯ ТАЙНА «ЛЕТУЧЕГО ГОЛЛАНДЦА». Часть 2. ПЛЕННИК МЫСА БУРЬ БАРТОЛОМЕУ ДИАШ.
ВЕЧНАЯ ТАЙНА «ЛЕТУЧЕГО ГОЛЛАНДЦА». Часть 3. ПРОКЛЯТЫЕ ШКИПЕРЫ.
ВЕЧНАЯ ТАЙНА «ЛЕТУЧЕГО ГОЛЛАНДЦА». Часть 4. СВИДЕТЕЛЬСТВА ОЧЕВИДЦЕВ.
ВЕЧНАЯ ТАЙНА «ЛЕТУЧЕГО ГОЛЛАНДЦА». Часть 5. «ГОЛЛАНДЦЫ», КОТОРЫЕ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ЛЕТАЛИ.
ВЕЧНАЯ ТАЙНА «ЛЕТУЧЕГО ГОЛЛАНДЦА». Часть 6. ЖЕРТВЫ ПРИРОДНЫХ КАТАКЛИЗМОВ.
Tags: legends, история, история мореплавания
Subscribe

Posts from This Journal “история мореплавания” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment